Возможна ли уступка права требования по госконтракту третьему лицу

ВС РФ подтвердил возможность уступки права требования оплаты по госконтракту

Теплоснабжающая организация и учреждение заключили муниципальный контракт поставки тепловой энергии. Выполнив свои обязательства, организация заключила с обществом договор уступки права требования оплаты от учреждения, о чем последнее было уведомлено. В связи с неисполнением учреждением требования об оплате задолженности за поставленную тепловую энергию общество обратилось в арбитражный суд.

Решением суда первой инстанции иск общества был удовлетворен. Суд счел доказанными наличие задолженности по оплате поставленной тепловой энергии и переход к обществу права требования этого долга. Возражений по существу требования учреждение в суд первой инстанции не представило.

Суд апелляционной инстанции не согласился с выводами о переходе права требования и указал, что, исходя из положений п. 7 ст. 448 ГК РФ, п. 13 ст. 14, ст. 95, 103 Закона о контрактной системе в сфере закупок, а также п. 2 ст. 219 Бюджетного кодекса РФ, личность кредитора в спорных правоотношениях имеет существенное значение для должника. Следовательно, договор уступки прав требования является ничтожным.

На основании ст. 166, 167, 382, 388 ГК РФ, а также разъяснений, приведенных в п. 32 Постановления Пленума ВС РФ и Пленума ВАС РФ от 1 июля 1996 г. № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» и п. 75 Постановления Пленума ВС РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», суд отказал в удовлетворении иска. Постановлением суда округа это решение было оставлено без изменения.

Общество обратилось в Верховный Суд РФ с кассационной жалобой, в которой просило отменить постановления судов апелляционной инстанции и округа и оставить в силе решение суда первой инстанции. Рассмотрев материалы дела и доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по экономическим спорам ВС РФ сочла жалобу подлежащей удовлетворению.

Судебная коллегия отметила, что согласно ч. 5 ст. 95 Закона о контрактной системе в сфере закупок при исполнении контракта не допускается перемена поставщика, за исключением случая, если новый поставщик является правопреемником поставщика по такому контракту вследствие реорганизации юридического лица в форме преобразования, слияния или присоединения. Обязанность личного исполнения государственного (муниципального) контракта обусловлена необходимостью обеспечения принципов открытости, прозрачности и сохранения конкуренции при проведении закупок для обеспечения государственных и муниципальных нужд.

Таким образом, закрепленный п. 7 ст. 448 ГК РФ запрет на перевод долга по обязательствам, возникшим из заключенного на торгах договора, направлен на обеспечение надлежащего исполнения поставщиком основного обязательства и защиту интересов заказчика от возможной уступки прав и обязанностей по контракту в части исполнения обязательств по поставке. Аналогичная позиция отражена в п. 17 Обзора судебной практики применения законодательства РФ о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом ВС РФ 28 июня 2017 г.

При этом, как указал ВС РФ, установленное законодателем ограничение не распространяется на уступку денежного требования, поскольку при исполнении заказчиком обязанности по уплате денежных средств личность кредитора не имеет существенного значения для должника. В данном случае права заказчика совершением уступки права требования не нарушаются, условия заключенного с ним контракта не изменяются и на основании ст. 386 ГК РФ учреждение сохраняет право выдвигать возражения против требования нового кредитора.

Верховный Суд указал, что уступкой денежного требования другому лицу поставщик не был изменен, в связи с чем оснований для признания договора цессии не соответствующим требованиям действующего законодательства по указанным апелляционным судом причинам не имелось. Таким образом, апелляционный суд, отменяя решение суда первой инстанции, пришел к неправомерному выводу о ничтожности договора уступки права требования. Иных оснований для отмены решения суда первой инстанции не было установлено.

Старший юрист АБ КИАП, адвокат Илья Дедковский отметил, что в данном деле ВС РФ рассмотрел одну из существующих в судебной практике проблем применения Закона о контрактной системе, а именно: возможна ли уступка права требования оплаты по государственному контракту.

«В рассматриваемом определении ВС РФ указывает, что уступка права требования по государственному контракту возможна, поскольку для государственного заказчика не имеет значения, кому платить за поставленный товар, выполненные работы, оказанные услуги. Однако отдельно обращает внимание на то, что сам поставщик по государственному контракту изменен быть не может, поскольку его личность имеет существенное значение для государственного заказчика. С таким подходом ВС РФ стоит согласиться», – сказал Илья Дедковский.

Партнер, руководитель практики Группы правовых компаний «Интеллект-С» Александр Латыев напомнил, что п. 7 ст. 448 ГК РФ в редакции, действующей с 1 июня 2015 г., запрещает уступку прав по договорам, заключение которых возможно только на торгах. Он отметил, что судебная практика по применению этой статьи разделилась: часть судов считает, что это ограничение не касается прав на получение оплаты от государственного или муниципального заказчика, а часть настаивает на том, что этот пункт запрещает уступку любых прав из таких договоров.

По мнению Александра Латыева, правильной является первая позиция, и ее КЭС уже высказывала в апреле этого года, указав, что целью установления ограничений в п. 7 ст. 448 ГК РФ является обеспечение принципов открытости, прозрачности и сохранения конкуренции при проведении закупок для обеспечения государственных и муниципальных нужд. По исполнении же лицом, выигравшим торги, своих обязательств эти принципы нарушены быть уже не могут, в связи с чем при исполнении заказчиком обязанности по уплате денежных средств личность кредитора не имеет существенного значения для должника.

При этом Александр Латыев отметил, что сформированная Верховным Судом практика сейчас приживается с трудом, из-за чего ему приходится рассматривать по несколько однотипных дел, чтобы обеспечить единообразие правоприменения.

Об уступке права требования по государственным и муниципальным контрактам

Автор: Кошкина Т. Ю., эксперт информационно-справочной системы «Аюдар Инфо»

Комментарий к Письму Федерального казначейства от 23.08.2019 № 07-04-05/05-18156.

Строительная организация выполнила и сдала заказчику результат работ. На стороне заказчика имеется задолженность перед подрядной организацией. Вправе ли последняя уступить права требования этой задолженности другой организации?

Имеющаяся на данный момент судебная практика (в том числе на уровне Верховного Суда) подтверждает правомерность цессии по государственным и муниципальным контрактам. Однако против уступки постоянно выступают Минфин и Федеральное казначейство. В связи с этим подрядная организация вправе уступить права требования долга другой фирме, но доказывать законность уступки и взыскивать задолженность, скорее всего, придется в судебном порядке. Это повлечет потерю времени.

Рассмотрим позиции сторон, начав с запретительной.

По мнению Минфина, условие о порядке оплаты товара, работы или услуги, включая платежные реквизиты, которые указаны в государственном (муниципальном) контракте, является существенным и не может быть изменено в силу положений Закона о контрактной системе.

Кроме того, согласно ч. 5 ст. 95 Закона о контрактной системе при исполнении контракта не допускается перемена поставщика (подрядчика, исполнителя), за исключением случая, если новый поставщик (подрядчик, исполнитель) является правопреемником вследствие реорганизации юридического лица в форме преобразования, слияния или присоединения.

Еще один аргумент: государственный (муниципальный) контракт хотя и признается формой двусторонней сделки, но возникающие между сторонами правоотношения регулируются не только гражданским, но и бюджетным законодательством, которым не определен порядок санкционирования уплаты денежных обязательств третьему лицу, не являющемуся поставщиком (подрядчиком, исполнителем) по контракту. Поэтому до внесения соответствующих изменений в законодательство оплата по государственному (муниципальному) контракту возможна только поставщику (подрядчику, исполнителю), платежные реквизиты которого указаны в условиях контракта.

Такая позиция выражена в целом ряде писем финансового органа, некоторые из них направлены Федеральным казначейством для использования в работе (см., например, Письмо Минфина России от 16.08.2019 № 09-04-06/62906, направленное Письмом Федерального казначейства от 23.08.2019 № 07-04-05/05-18156).

Вместе с тем в судебной практике сформирован противоположный подход. Он основан на следующих положениях ГК РФ:

право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке – уступка требования (п. 1 ст. 382 ГК РФ);

для перехода к другому лицу прав кредитора согласие должника не требуется, если иное не предусмотрено законом или договором (п. 2 ст. 382 ГК РФ);

уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону. Без согласия должника не правомерна уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника (п. 1 и 2 ст. 388 ГК РФ);

соглашение между должником и кредитором об ограничении или о запрете уступки требования по денежному обязательству не лишает силы такую уступку и не является основанием для расторжения договора, из которого возникло это требование, но кредитор (цедент) не освобождается от ответственности перед должником за данное нарушение соглашения (п. 3 ст. 388 ГК РФ);

должник вправе выдвигать против требования нового кредитора возражения, которые он имел к первоначальному кредитору, если основания для таких возражений возникли к моменту получения уведомления о переходе прав по обязательству к новому кредитору (ст. 386 ГК РФ).

Читайте также:  Закупка по 44 ФЗ МУП банковских услуг по приему коммунальных и иных платежей от населения

Кроме того, в п. 7 ст. 448 ГК РФ указано: если в соответствии с законом заключение договора возможно только путем проведения торгов, победитель торгов не вправе уступать права (за исключением требований по денежному обязательству) и осуществлять перевод долга по обязательствам, возникшим из заключенного на торгах договора. Обязательства по такому договору должны быть исполнены победителем торгов лично, если иное не установлено законом.

С учетом перечисленных положений суды делают вывод, что ГК РФ не только не запрещает уступку права требования по денежному обязательству, возникшему на основании государственного (муниципального) контракта, но и предусматривает возможность такой уступки.

Часть 5 ст. 95 Закона о контрактной системе суды, в отличие от Минфина, трактуют так: перемена поставщика (подрядчика, исполнителя) недопустима во время исполнения основного обязательства, являющегося предметом контракта (поставка товаров, выполнение работ, оказание услуг). После того, как это обязательство исполнено и на стороне заказчика возникла задолженность, цессия возможна, поскольку при исполнении заказчиком обязанности по уплате денежных средств личность кредитора не имеет существенного значения.

Таким образом, судьи считают, что закон позволяет уступать права требования по государственному и муниципальному контракту третьим лицам после выполнения работ (или расторжения контракта). И только в том случае, если судом будет установлено, что соглашение об уступке заключено до того, как подрядчик выполнил работы, цессия будет признана незаконной (см. определения ВС РФ от 10.10.2017 № 310-ЭС17-11054 по делу № А14-7663/2016, от 05.09.2017 № 303-КГ17-11900 по делу № А73-14379/2016, от 20.04.2017 № 307-ЭС16-19959 по делу № А26-10174/2015, от 21.11.2016 № 309-ЭС16-11778 по делу № А34-4163/2015 и др.).

К сведению: Решением ВС РФ от 23.04.2019 № АКПИ19-112 признано недействующим со дня издания Письмо Минфина России от 21.07.2017 № 09-04-04/46799, в котором сообщалось, что личность поставщика (подрядчика, исполнителя) по контракту имеет существенное значение для государственного заказчика.

Подведем итог. Законодательство позволяет передавать третьему лицу право требования задолженности, возникшей у заказчика по государственному или муниципальному контракту. Однако доказывать это придется в судебном порядке, поскольку Минфин и Федеральное казначейство постоянно указывают на невозможность перечисления денег организации, не являющейся стороной контракта.

Оплату по госконтракту может получить третье лицо

Верховный суд РФ считает, что исполнитель может уступить третьему лицу право требовать оплату по госконтракту. Ранее, в 2016 г., Министерство финансов РФ заявляло, что для контрактов, заключенных по 44-ФЗ, цессия недопустима. После появления прецедента в конце апреля 2017 г., следует ориентироваться на позицию Верховного суда.

Закон 44-ФЗ запрещает только перемену исполнителя контракта. Передавать право требовать оплату по контракту другому лицу не запрещено. Гражданский кодекс РФ не позволяет победителю торгов уступать свои права, если по закону заключить договор можно только на торгах. Однако уступки денежного требования этот запрет не касается.

Ярослав Вахитов, руководитель проекта МЭЛТОР, рассказал Т94: «Уступка прав денежного требования (цессия) по фактически выполненным контрактам возможна, так как личность исполнителя для заказчика уже не имеет значения. Соответствующие разъяснение дал 20 апреля Верховный суд. У администрации Петрозаводского городского округа был муниципальный контракт с «ЛСМ Ленстроймонтаж». До окончания срока его расторгли по соглашению сторон. Затем подрядчик уступил права требования долга по оплате контракта на 11,5 млн руб. обществу «МВМ ГРУПП». Разногласия возникли из-за применения п. 7 ст. 448 Гражданского кодекса. Эта норма запрещает победителю торгов «уступать права и осуществлять перевод долга по обязательствам, возникшим из заключенного на торгах договора». Верховный суд разъяснил, что поставщик (подрядчик, исполнитель), выполнивший свои обязательства по контракту, заключенному в соответствии с 44-ФЗ, имеет право передать другому лицу право требовать с заказчика оплату. Запрет, предусмотренный Гражданским кодексом применяться не может, поскольку при исполнении заказчиком обязанности по уплате денежных средств личность кредитора не имеет существенного значения для должника».

Казалось бы, все довольно просто и понятно. Однако, если обозначенное Верховным судом право исполнителя на уступку прав денежного требования не будет четко закреплено и разъяснено в законе, о нем постоянно будут забывать или стараться обойти.

Ситуацию разъясняет Дмитрий Казанцев, начальник отдела правовой экспертизы B2B-Center: «Исполнитель может уступить третьему лицу право требовать оплату по госконтракту. Такое право у подрядчиков должно быть. И так в госконтракте подрядчик является самой слабой и незащищенной стороной. Неплохо было бы такое право закреплять в госконтракте. Не потому, что право без этого будет недействительно, а чтобы у второго кредитора не возникло проблем с взысканием задолженности. Если же возникнут такие проблемы, то подрядчику придется за меньшие деньги переуступать это право требования денег. Кроме этого, неплохо было бы закрепить такое право и в самом законе о контрактной системе. Например, за поставщиком такое право можно закрепить при просрочке платежа более чем на 30 дней. В целом же это полумера: если переуступать только право требования денег за госконтракт, то подрядчик останется в накладе. Получается, мало того, что поставщик должен сбивать цену на аукционе, так еще и уступать из невыплаченных денег процент второму кредитору, у которого есть свои интересы. Поэтому, чтобы не ставить подрядчика в неудобные условия, нужно закреплять за самим подрядчиком право требовать от заказчика хотя бы деньги за просрочку, либо закреплять за кредитором право взыскивать не только деньги по контракту, но и пени, и штрафы. И для заказчика это будет стимулом, и для подрядчика будет меньше финансовых рисков. Если же они расторгли контракт по соглашению сторон, то выход один: поставщик требует сумму, пропорциональную исполненным обязательствам. Ситуации, когда по соглашению сторон прописывается отказ поставщика от финансовых требований заказчика, в принципе быть не должно. По умолчанию, должен работать принцип справедливости: сколько заработал — столько и получил либо сам, либо от своего поручителя. Личность кредитора существенного значения не имеет для заказчика при исполнении обязательства по оплате. При этом цессия недопустима для контрактов, заключенных по 44-ФЗ. В отличии от 44-ФЗ, в 223-ФЗ можно не прописывать такое право на уровне закона. Грубо говоря, по 44-ФЗ работают субъекты власти, для них все, что не закреплено в законе, то не разрешено. А по 223-ФЗ действуют коммерческие субъекты, и для них все, что не запрещено, то разрешено».

Елена Дыбова, вице-президент Торгово-промышленной палаты РФ, уточняет: «Уступка третьему лицу права требовать оплату по госконтракту — это всем известный принцип факторинга. Сейчас передача требований набирает популярность. Для многих предпринимателей это выход: например, когда нет возможности долго замораживать оборотные деньги. Подобная схема имеет право на жизнь. Личность кредитора никакого значения для заказчика не имеет. Если произошла переуступка, то какая разница, кому платить. Сейчас идет дискуссия о том, чтобы внести изменения в 44-ФЗ и предусмотреть в контрактной системе принцип факторинга. В конечном итоге в законе будет прописано право переуступки. При этом участники закупки обязательно должны отражать право требовать оплату третьему лицу в госконтракте. Пока все это не прописано в законе, цессия допустима на усмотрение заказчика. Но на практике заказчики не будут этим заниматься, так как у них формально не прописано таких полномочий, это нужно регламентировать».

Итак, пока в 44-ФЗ не приняты соответствующие изменения, подрядчикам придется вооружаться мнением Верховного суда и стараться донести его до заказчиков. Однако, нельзя не отметить, что без взаимного стремления выстроить здоровые деловые отношения даже поправки в 44-ФЗ помогут слабо. Чтобы соблюдалась буква закона, обе стороны должны хотеть ее соблюдать, а чтобы работы по контракту выполнялись, обеим сторонам следует прилагать для этого все усилия. Только тогда вопросы о переуступке прав требования денег будут подниматься редко и решаться легко.

Авторы: Ангелина Жукова, Олеся Кривцова

Поделиться ссылкой:

Похожее

Один комментарий к “Оплату по госконтракту может получить третье лицо”

Вопрос Цессии конечно интересен, однако есть конкретная ситуация по 44 -фЗ из которой должностное лицо вышло с судимостью и обязанностью возместить ущерб более 1 000 000 руб.. Приговор вступил в силу, но будет обжаловаться в ВС и ЕСПЧ
Ситуация скорей криминальная, чем гражданско-правовая. Один из университетов заключил контракт на ремонт кровли общежития. При это умышленно была завышена смета по площади работ. Спустя неделю директор подрядчика зарегистрировал ещё одно ООО с аналогичным названием, так как подрядчик увяз в долгах и не хотел светить поступления. В результате сговора должностных лиц Университета и директора 2 фирм (подрядчика и двойника) документы стали поступать от двойника: акты, счета, гарантийные письма. Обманным путём была получена подпись не уполномоченного лица — и.о.проректора по АХЧ на акте выполненных работ от двойника. Акт был подписан не уполномоченным лицом, но и.о.ректора проигнорировал, что у и.о.проректора нет права подписи, и дал распоряжение произвести оплату. Каких либо писем от подрядчика о перечислении денег третьему лицу- двойнику не было. Фактически деньги были похищены поскольку работы не были выполнены в полном объёме и акт не надлежащим образом был оформлен и не имел юридической силы, поскольку двойник не являлся подрядчиком и стороной договора. И.о. проректора осужден, хотя очевидно что ущерб причинён другими лицами, которые знали что деньги перечисляют без законных оснований. На сегодняшний день контракт остаётся не исполненным обеими сторонами, на в ЕИС всё выложили как положено, не смотря на то, что документы не имеют отношение к контракту. Всё что мог сказать о судебной практике по перечислению денег третьим лицам. Всем удачи и внимательности при работе с договорами и деньгами. Был бы благодарен за распространение информации о судебной практике.

Читайте также:  Отказ в допуске к участию в конкурсе на основании отсутствия в заявке решения об одобрении

Как уступить право требования долга в закупках

Что такое уступка права требования долга

Переуступка права требования долга, или цессия, — это акт передачи долговых или кредиторских обязательств третьему лицу. Такая процедура производится при невозможности исполнения одной из сторон своих обязательств по контракту. Передача возможна только в том случае, если организация-должник не в состоянии исполнить условия по договору, но при этом имеет в наличии денежные обязательства сторонних учреждений. Регулируется цессия действующим гражданским законодательством, а именно статьями 382-390 ГК РФ.

При осуществлении цессии необходимо соблюдать следующие правила:

  • согласно ст. 382 ГК РФ, возможна уступка права требования долга без согласия должника в том случае, если на такие действия не устанавливается запрет;
  • величина уступаемого долга не может изменяться, исключением являются начисленные пени и штрафные санкции;
  • должник вправе не соглашаться с условиями оплаты.

Цессия и перевод долга: в чем разница

Разберемся, чем уступка требования отличается от перевода долга.

В первую очередь, основные различия содержат договор уступки требования и договор перевода долга. Объект договора цессии — это право требования выполнения обязательств должника. Объектом договора передачи задолженности являются непосредственно обязательства по данной процедуре.

При переуступке практически всегда меняется кредитор. В договоре возникает новое правовое лицо. На новую ответственную сторону перекладываются обязательства должника.

При этом при передаче долга передаются финансовые обязательства, тогда как при цессии переводятся абсолютно любые объекты права собственности.

Таким образом, не являются одинаковыми понятия перевод долга и уступка права требования; разница состоит в объекте, условиях и содержании соглашений по процедурам.

Когда можно уступить право требования

Многих государственных заказчиков волнует вопрос, можно ли уступить право требования оплаты по госконтрактам. Разберемся в этом вопросе.

Пункт 7 статьи 448 ГК РФ указывает на то, что если заключение договорных отношений возможно лишь при проведении конкурентных закупочных процедур (конкурсов и аукционов), то уступка требования и перевод долга в обязательствах победителем закупки невозможна, а все условия по контракту должны быть исполнены непосредственно самим победителем.

Федеральная контрактная система не содержит прямых запретов на цессию и передачу должником своих финансовых обязанностей. Более того, в ч. 5 ст. 95 44-ФЗ указано, что в процессе исполнения контракта невозможна перемена поставщика, однако в случае реорганизации в форме преобразования, слияния или присоединения новый поставщик может являться правопреемником предыдущего исполнителя по госконтракту. Судебная практика, существующая по данному вопросу, подтверждает возможность цессии в государственных закупках.

При этом возникает несогласие между мнением судебных органов и Минфина РФ. Министерство финансов указывает, что передача долговых обязательств по государственным, муниципальным контрактам невозможна, так как взаиморасчеты заказчиков с поставщиками являются частью бюджетного процесса и исполнения бюджетных обязательств в расходной части (Письмо Минфина РФ № 24-05-09/57010 от 05.09.2017). При заключении договора и постановке на учет БО информация о поставщике вносится в реестр контрактов, который находится в открытом доступе. Минфин ссылается на то, что финансирование и оплата по госконтракту регулируется п. 5 ст. 219 БК РФ, в то время как цессия в бюджетном законодательстве не предусмотрена.

Однако судебная практика утверждает противоположные нормативы. Цессия и передача обязанностей должника в государственных закупках возможна при соблюдении определенных условий:

  1. Все обязательства поставщика по госконтракту исполнены в полном объеме, то есть поставлен товар или выполнены работы, услуги. Согласно ч. 5 ст. 95 44-ФЗ, запрет на смену поставщика в первую очередь направлен на защиту заказчика от недобросовестных исполнителей, которые выполняют условия договора ненадлежащим образом. Следовательно, если поставщик полностью выполнил свои основные обязательства — предмет контракта, то цессия возможна. Впервые эти выводы высказал Верховный суд в Определении № 307-ЭС16-19959 от 20.04.2017. Впоследствии эти же выводы повторили и в п. 17 обзора судебной практики от 28.06.2017 и последующих определениях по конкретным делам (например Определение от 12.10.2017 № 309-ЭС17-7107 по делу № А60-40121/2016).
  2. Заказчик предоставил свое согласие на уступку. Когда организация-заказчик выступает против перевода долговых условий, то без его согласия невозможно передать долговую обязанность (п. 2 ст. 388 ГК РФ).

Если же закупки осуществляются в рамках 223-ФЗ, то организация-заказчик должна руководствоваться нормами Конституции РФ, Федерального закона «О закупках отдельными видами юридических лиц», ГК РФ и своими положениями о закупке.

Следовательно, если в документации заказчика предусмотрены торговые процедуры в форме конкурсов и аукционов, победитель закупки, согласно п. 7 ст. 448 ГК РФ, не вправе передавать свои права по договору цессии и переводить долговые отношения, возникшие на основании данного договора (Письмо Минэкономразвития № Д28и-183 от 21.01.2016).

Как уступить право требования

Для уступки прав требования оплаты необходимо получить согласие заказчика. Также поставщику надлежит полностью выполнить предмет контракта — поставить качественный товар в полном объеме, выполнить работу или оказать услугу надлежащим образом.

После получения уведомления о переходе прав по обязательству к новому кредитору необходимо уведомить его об этом в кратчайшие сроки. Также задолжавшая организация в обязательном порядке сообщает новому кредитору о возникновении оснований для возражения и предоставляет возможность для ознакомления с такими условиями. В противном случае организация-должник не имеет возможности в дальнейшем указывать на эти основания.

Возможна ли уступка права требования по государственному контракту с казначейским сопровождением?

ВОПРОС

Соисполнитель по государственному контракту с казначейским сопровождением заключил договор цессии и передал свои права требования долга другому ООО. Казначейство отказывается платить цессионарию. На данный момент в суде имеется иск от цессионария о взыскании долга, при этом долг уже оплачен соисполнителю-цеденту. Правомерны ли действия казначейства?

ОТВЕТ

Действия казначейства неправомерны, если для договора цессии между соисполнителем по государственному контракту с казначейским сопровождением и третьим лицом, законом не установлен запрет на уступку.

ОБОСНОВАНИЕ

Казначейское сопровождение осуществляется в отношении целевых средств, определенных в федеральном законе о бюджете на соответствующий год. В 2019 г. такое сопровождение предусмотрено в отношении средств, указанных в ч. 2 ст. 5 Федерального закона от 29.11.2018 N 459-ФЗ, с учетом исключений, установленных в ч. 3 ст. 5 этого Закона.

Как следует из ч. 5 ст. 95 Федерального закона от 05.04.2013 N 44-ФЗ “О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд” (далее – Закон N 44-ФЗ), при исполнении контракта не допускается перемена поставщика (подрядчика, исполнителя), за исключением случая, если новый поставщик (подрядчик, исполнитель) является правопреемником поставщика (подрядчика, исполнителя) по такому контракту вследствие реорганизации юридического лица в форме преобразования, слияния или присоединения.

Данные положения Закона N 44-ФЗ распространяются на все заключенные контракты, в том числе с казначейским сопровождением.

Более того, Министерство финансов РФ настаивает на ограничении уступки прав требования по государственному контракту. Так, в письме Минфина России от 21 июля 2017 г. N 09-04-04/46799 “О санкционировании оплаты денежных обязательств по договору цессии” разъясняется, что из содержания положений ст. 24 и 103 Закона N 44-ФЗ, ст. 38, п. 3 ст. 219 Бюджетного кодекса Российской Федерации следует, что личность поставщика (подрядчика, исполнителя) по контракту имеет существенное значение для государственного заказчика, значит, при отсутствии согласия должника на уступку права требования по контракту договор цессии в части уступки права требования по такому контракту противоречит нормам Гражданского кодекса Российской Федерации, Бюджетного кодекса Российской Федерации и является недействительной (ничтожной) сделкой.

Таким образом, любая переуступка права требования по государственным контрактам, по мнению Минфина России, в настоящее время противоречит бюджетному законодательству Российской Федерации.

Однако арбитражная практика предлагает совсем иную трактовку.

Как разъяснено в п. 17 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 28 июня 2017 г., уступка поставщиком (подрядчиком, исполнителем) третьему лицу права требования к заказчику об исполнении денежного обязательства не противоречит законодательству Российской Федерации. Предусмотренный п. 7 ст. 448 ГК РФ запрет не может быть распространен на уступку победителем торгов денежного требования, поскольку при исполнении заказчиком обязанности по уплате денежных средств личность кредитора не имеет существенного значения для должника.

Читайте также:  Закупка услуг на техническое обслуживание и ремонт автотранспортного средства по 44 ФЗ

Кроме того, как разъяснено в п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 г. N 54 “О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки”, если цедент и цессионарий, совершая уступку вопреки договорному запрету, действовали с намерением причинить вред должнику, такая уступка может быть признана недействительной (ст. 10 и 168 ГК РФ).

Следует отметить, что с целью преодоления противоречивых трактовок о возможности уступки денежного требования к заказчику по государственному контракту в Гражданский кодекс РФ внесены изменения. Так, с 1 июня 2018 г. – с учетом ст. 1 и 9 Федерального закона от 26 июля 2017 г. N 212-ФЗ “О внесении изменений в части первую и вторую Гражданского кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты” – п. 7 ст. 448 ГК РФ изложен в следующей редакции: “Если в соответствии с законом заключение договора возможно только путем проведения торгов, победитель торгов не вправе уступать права (за исключением требований по денежному обязательству) и осуществлять перевод долга по обязательствам, возникшим из заключенного на торгах договора. Обязательства по такому договору должны быть исполнены победителем торгов лично, если иное не установлено законом”.

Таким образом, требования по денежному обязательству указаны в качестве исключения из общего правила, то есть в отношении денежного обязательства возможна уступка прав требований и победителем торгов, заключившим контракт с заказчиком.

Однако на практике у заказчиков могут возникать проблемы с оплатой вознаграждения по государственным контрактам на основании сведений об уступке контрагентом денежных требований цессионарию. Характерен случай из практики Верховного Суда РФ, отраженный в Определении от 27 апреля 2018 г. N 303-КГ18-3646: подрядчик (застройщик) представил заказчику – Министерству строительства Хабаровского края соглашение от 9 июня 2017 г. об уступке права денежного требования к заказчику третьему лицу. Однако попытки заказчика перечислить оплату цессионарию не увенчались успехом, поскольку Управление Федерального казначейства по Хабаровскому краю направило заказчику протоколы об отказе в принятии к исполнению (аннулировании) заявок министерства строительства на кассовый расход, в связи с чем заказчику пришлось обращаться в арбитражный суд с целью признания решения казначейства незаконным. Арбитражные суды всех инстанций поддержали позицию заказчика.

Вместе с тем, все вышеизложенное относится к исполнению контракта, заключенного между заказчиком и исполнителем (подрядчиком, поставщиком).

Из содержания изложенной ситуации следует, что уступка произошла между соисполнителем по государственному контракту с казначейским сопровождением и третьим лицом. На правоотношения между соисполнителем (лицом, которое не является победителем закупки и не является стороной госконтракта) ограничения, предусмотренные ч. 5 ст. 95 Закона N 44-ФЗ, не распространяются. В данных правоотношениях стороны должны руководствоваться общими положениями Гражданского кодекса РФ об уступке (ст. 388 ГК РФ).

По правилам Гражданского кодекса РФ уступка права, совершенная в нарушение законодательного запрета, является ничтожной (пункт 2 статьи 168 ГК РФ, пункт 1 статьи 388 ГК РФ). Например, ничтожной является уступка прав бенефициара по независимой гарантии без одновременной уступки тому же лицу прав по основному обязательству (абзац второй пункта 1 статьи 372 ГК РФ). Статья 383 ГК РФ устанавливает запрет на уступку другому лицу прав (требований), если их исполнение предназначено лично для кредитора-гражданина либо иным образом неразрывно связано с его личностью.

Письмо Минфина России от 16.08.2019 № 09-04-06/62906 “О правомерности санкционирования территориальными органами Федерального казначейства расходов получателей бюджетных средств по заключенному в рамках контракта договору цессии”

Частью 1 статьи 2 Федерального закона от 5 апреля 2013 года N 44-ФЗ “О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд” (далее – Федеральный закон N 44-ФЗ) законодательство о контрактной системе основывается в том числе на положениях Гражданского кодекса Российской Федерации и Бюджетного кодекса Российской Федерации (далее соответственно – Гражданский кодекс, Бюджетный кодекс).

Согласно статье 432 Гражданского кодекса договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Частью 2 статьи 34 Федерального закона N 44-ФЗ установлено, что при заключении и исполнении контракта изменение его условий не допускается, за исключением случаев, предусмотренных указанной статьей и статьей 95 Федерального закона N 44-ФЗ.

Согласно подпункту 1 части 13 статьи 34 Федерального закона N 44-ФЗ в контракт включается в том числе обязательное условие о порядке и сроках оплаты товара, работы или услуги.

Таким образом, условие о порядке оплаты товара, работы или услуги, включая платежные реквизиты, которые указаны в государственном (муниципальном) контракте, является существенным и в силу положений, определенных законодательством о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, не может быть изменено.

Кроме того, частью 5 статьи 95 Федерального закона N 44-ФЗ установлено, что при исполнении контракта не допускается перемена поставщика (подрядчика, исполнителя), за исключением случая, если новый поставщик (подрядчик, исполнитель) является правопреемником поставщика (подрядчика, исполнителя) по такому контракту вследствие реорганизации юридического лица в форме преобразования, слияния или присоединения. Необходимо отметить, что в соответствии с положениями статьи 6 Бюджетного кодекса обусловленные договором (государственным (муниципальным) контрактом) расходные обязательства являются обязанностью публично-правового образования или действующего от его имени казенного учреждения, органов государственной власти (государственных органов), органов местного самоуправления (муниципальных органов) предоставить физическому или юридическому лицу средства из соответствующего бюджета бюджетной системы Российской Федерации.

Таким образом, государственный (муниципальный) контракт хотя и является формой двусторонней сделки, но правоотношения, возникающие при заключении и исполнении такого договора, регулируются не только гражданским законодательством, но и бюджетным законодательством Российской Федерации, законодательством о контрактной системе.

Так, оплата государственного (муниципального) контракта является исполнением бюджета по расходам и определяется бюджетным законодательством Российской Федерации.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 219 Бюджетного кодекса исполнение бюджета по расходам осуществляется в порядке, установленном соответствующим финансовым органом (органом управления государственным внебюджетным фондом), с соблюдением требований Бюджетного кодекса.

Положениями пункта 2 статьи 219 Бюджетного кодекса исполнение бюджетов по расходам предусматривает: принятие и учет бюджетных и денежных обязательств; подтверждение денежных обязательств; санкционирование оплаты денежных обязательств; подтверждение исполнения денежных обязательств.

Пунктом 3 статьи 219 Бюджетного кодекса предусмотрено, что получатель бюджетных средств принимает бюджетные обязательства путем заключения государственных (муниципальных) контрактов, иных договоров с физическими и юридическими лицами, индивидуальными предпринимателями или в соответствии с законом, иным правовым актом, соглашением.

Обращаем внимание, что Федеральным законом от 26 июля 2019 г. N 199-ФЗ “О внесении изменений в Бюджетный кодекс Российской Федерации в части совершенствования государственного (муниципального) финансового контроля, внутреннего финансового контроля и внутреннего финансового аудита” (далее – Федеральный закон N 199-ФЗ) внесены изменения в пункт 5 статьи 219 Бюджетного кодекса, вступившие в силу 6 августа 2019 года.

На основании пункта 5 статьи 219 Бюджетного кодекса в редакции указанного федерального закона Федеральное казначейство, финансовые органы субъектов Российской Федерации (муниципальных образований), органы управления государственными внебюджетными фондами при постановке на учет бюджетных и денежных обязательств, санкционировании оплаты денежных обязательств осуществляют в соответствии с установленным соответствующим финансовым органом (органом управления государственным внебюджетным фондом) порядком, предусмотренным пунктом 1 статьи 219 Бюджетного кодекса, в том числе контроль за:
соответствием информации о денежном обязательстве информации о поставленном на учет соответствующем бюджетном обязательстве;
соответствием информации, указанной в платежном документе для оплаты денежного обязательства, информации о денежном обязательстве;
наличием документов, подтверждающих возникновение денежного обязательства.

В случае, если бюджетное обязательство возникло на основании государственного (муниципального) контракта, дополнительно осуществляется контроль за соответствием сведений о государственном (муниципальном) контракте в реестре контрактов, предусмотренном законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, и сведений о принятом на учет бюджетном обязательстве, возникшем на основании государственного (муниципального) контракта, условиям государственного (муниципального) контракта (абзац восьмой пункта 5 статьи 219 Бюджетного кодекса (в редакции Федерального закона N 199-ФЗ).

При этом бюджетным законодательством Российской Федерации не определен порядок санкционирования оплаты денежных обязательств, возникающих из государственных (муниципальных) контрактов, третьему лицу, не являющемуся поставщиком (подрядчиком, исполнителем) по такому контракту.

Учитывая изложенное, до внесения соответствующих изменений в указанные нормативные правовые акты оплата по государственному (муниципальному) контракту возможна только поставщику (подрядчику, исполнителю), платежные реквизиты которого указаны в условиях контракта.

Ссылка на основную публикацию